Пятый этаж: Блог

Как Альвина написала в своем блоге, Темза играет большую роль в жизни центрального Лондонца. Даже те, кто живут далеко от ее берегов, все равно видят широкую, длиную голубую линию в центре известной схемы лондонского метро.

Несколько лет назад я шел с другом по набережной Темзы, недалеко от Буш Хауса, где находится лондонский офис русской службы Би-Би-Си.

Был поздний вечер, но нам почему-то не хотелось возвращаться домой. Издалека слышалась музыка. Решили найти ее источник, и подошли поближе.

Наконец-то нашли: ниже нас на десять метров, на пляже Темзы, в самом центре Лондона, бурно танцевали сотни человек.

Мы присоединились к ним, пили пиво, разговаривали с людьми, но нас интересовал один вопрос: почему полиция не прикрыла это мероприятие? Неужели все это по закону?

Оказалось, что да, все законно. Дело в том, что пляж, на котором мы танцевали, существует не всегда - он появляется только во время отлива.

Поэтому эта земля официально никому не принадлежит, и там можно проводить разнообразные мероприятия без какоой-либо санкции или лицензии.

Я люблю искать самые таинственные места в своем родном городе, и это одно из самых потаенных! Об этом, и о многом другом - в программе "Пятый этаж" в субботу и в воскресенье.

У очень популярной на рубеже 70-х и 80-х годов группы Talking Heads была такая песня - Burning Down the House – "Сжигая дом".

Talking Heads давно распались, и лидер ее Дэвид Берн занят самыми разнообразными художественными проектами. Радикализм молодости уступил место умеренности зрелого возраста, и теперь Берн дома не сжигает – даже в своем искусстве – он на них играет. Именно так - Playing the Building – "Играя на здании" названа открывшаяся в знаменитом лондонском Roundhouse его новая инсталляция.

Идя по пути своего старинного друга и соратника Брайна Ино, бывший рокер сдвинулся в сторону концептуального искусства. Узнать о том, как он играет на здании Roundhouse, и заодно о самом этом уникальном здании вы сможете, послушав субботний выпуск «Пятого этажа».

"Я лейтенант Альдо Рейн, и мне нужны восемь солдат.

Нас сбросят во Франции в гражданской одежде, и мы будем делать одно дело - только одно дело - убивать нацистов. Нацисты захватили Европу и утопили ее в убийствах, пытках и терроре - мы намерены отплатить им тем же. Мы будем жестоки и беспощадны к нацистам, и по жестокости они узнают, кто мы такие. Свидетельством ее станут изуродованные, изувеченные тела их братьев, которые мы будем оставлять за собой.

И нацистам не станет легче, когда они представят себе ту жестокость, которую братьям их пришлось испытать от наших рук, каблуков наших тяжелых ботинок и острых лезвий наших ножей. Они будут говорить о нас, они будут бояться нас их будут преследовать кошмары о нас. У нацистов нет гуманности - их надо уничтожить! Каждый человек в моей команде должен представить мне сто нацистcких скальпов - и я хочу видеть эти скальпы."

Это - программная речь главного героя фильма нового фильма Квентина Тарантино "Бесславные ублюдки". Фильм на этой неделе вышел в британский прокат. Уже по короткому процитированному фрагменту возникает какое-то двойственное ощущение. С одной стороны, вроде должно быть страшно - Вторая мировая война, жестокость, насилие, зверства нацистов. С другой, какая-то игрушечность текста, какое-то все ненастоящее, вплоть до этих скальпов - прямо из детского приключенческого романа Майна Рида.

В этой двойственности – суть Тарантино. В этой "ненастоящности" - зерно гениального блеска его "Бешеных псов" и "Криминального чтива". Внешне Тарантино – такой же задорный и яркий, но из кино его блеск давно ушел. Не случайно, видимо, он так долго не решался выпустить новую работу. "Бесславные ублюдки", на мой взгляд, – безнадежный провал. Почему – в нашей программе в субботу.

Заниматься уборкой большинство людей не любит.

Но по собственному опыту я теперь знаю, что самый лучший вид уборки в мире – это наведение порядка на берегах Темзы. В этом мнении сходятся еще несколько сотен человек, которые поучаствовали во флэш-мобе "Очистим Темзу", проходящем в эти дни в Лондоне.

Все эти люди не боятся не только работы: пройти по берегу Темзы после отлива невозможно, не утопая чуть не по колено в грязи. Отчет об уборке, экзотических предметах, которые можно найти в реке и о том, кому принадлежат берега Темзы, слушайте в воскресенье.

Министр энергетики России Сергей Шматко предложил сегодня не торопиться выдвигать версии аварии на Саяно-Шушенской ГЭС, поскольку "это самая масштабная и непонятная авария в мире".

Журналисты не послушались министра - разнообразные версии катастрофы уже заполнили и страницы газет, и виртуальное пространство. Кто из них прав - покажет время, и говорить об этом сегодня, наверно, и впрямь преждевременно.

Зато уже можно говорить о том, что авария на одной из крупнейших электростанций в Сибири не сулит ее рядовым жителям ничего хорошего. Во-первых, на носу зима - в Сибири она наступает раньше, и длится дольше. Морозы нешуточные. Чем топить дома?

Саяно-Шушенская ГЭС, конечно, не единственный источник электроснабжения в Сибири. Но и жадных до электроэнергии предприятий в регионе немало: Саянский, Хакасский, Красноярский и Новокузнецкий алюминиевые заводы, Кемеровский завод ферросплавов. Пока, если верить сообщениям местных властей, подача энергии им ведется в полном объеме. Но надолго ли ее хватит, тем более, что холода не за горами?

Если эти предприятия остановятся, или перейдут на сокращенный график, многие тысячи людей отправятся в вынужденный отпуск. Отпуск этот (без сохранения содержания, я думаю) может затянуться - на восстановление ГЭС, по оценкам, потребуется несколько лет. А дальше достаточно произнести только одно слово: Пикалево. По сравнению с тем, чем грозит обернуться вынужденное (и неоплачиваемое) бездействие десятков тысяч рабочих в Сибири долгой холодной зимой, Пикалево выглядит детским пикником...